Конвейер недовольных: что делать с выпускниками шарашек

Конвейер недовольных: что делать с выпускниками шарашек

Российская система высшего образования как конвейер недовольных. Почему?

Курс на борьбу с псевдовузами приносит свои плоды. Коммерческих шарашек, сидящих в зданиях моргов, детсадов, арендующих этаж на автобазе, как мы когда-то показывали, почти не осталось. Да и непрофильные филиалы госвузов — все эти инязы при мясомолочных институтах — в основном в прошлом. Теперь — другая проблема: что делать с миллионами дипломированных выпускников тех заведений.

Конкуренция на современном российском рынке вакансий: юристов — 12 человек на место, экономистов — 10, психологов — 7. А вот, скажем, специалистов по компьютерной безопасности, — полчеловека на место.

«Вузы на запросы рынка реагируют с задержкой, потому что для этого требуется разработать соответственную программу, госстандарт принять», — рассказал Денис Баринов, руководитель направления образовательных программа «Лаборатории Касперского».

Знаменитая «Лаборатория Касперского». Как и во многих IT-компаниях пустых мест здесь чуть ли не больше, чем занятых. И это при зарплатах около 200 тысяч в месяц.

«У нас 131 вакансия сейчас в работе. Большинство из них — это программисты, исследователи угроз, программисты различных языков программирования. У нас каждый специалист в области кибербезопасности, он на вес золота», — сказал Денис Баринов.

Другой дефицит на рынке труда — заводские специальности. Не модные, наоборот, утерянные.

«Когда студент приходит на производство, говорят: а теперь забудьте все, чему вас учили. И учат заново. Книжки — книжками, а сделать что-то руками – это совершенно другой опыт», — отметила Наталья Савина, начальник отдела обучения и развития персонала Казанского вертолетного завода холдинга «Вертолеты России» ГК Ростех.

Казанский вертолетный завод. Если молодых инженеров здесь называют «полуфабрикатами», то рабочих приходится «создавать» на месте и с нуля.

«Так как у нас основная операция — это клепка, то у нас сборщики-клепальщики — это наиболее популярная профессия. Так как такой профессии не обучает ни одно учебное заведение, у нас очень развита система наставничества», — пояснила Наталья Савина.

Типичная и для 90-х и для нулевых годов картинка — бывшее ПТУ, переименованное в колледж. Пустые коридоры, скучающие преподаватели — молодежь не желает учиться рабочим профессиям. Потом, чтобы переломить ситуацию, государство решило, что выпускники колледжей и техникумов могут автоматом переводиться на 2-й курс профильных вузов. Что тут началось!

«К сожалению, мы видим, что сейчас в колледж идет после 9-го класса практически половина, раньше такого никогда не было. И из этой половины очень большая часть, ни дня не работая, сразу поступает в вуз. То есть это такой обходной путь», — сказал Ярослав Кузьминов, ректор ВШЭ.

Путь обхода Единого госэкзамена. Ежегодно им идут уже свыше полумиллиона школьников, в основном плохо успевающих.

«Поступление в колледж пока идет без ЕГЭ и ГИА. Есть такая система под названием „индивидуальный план“. Согласно нему, ребенок будет обучаться не год и 10 месяцев, а год», — пояснил Алексей Викторов, проректор частного учреждения профобразования «Международная академия бизнеса».

Скорее, не обучаться, а просто числиться. Сколько дельцов от профобразования теперь зарабатывают на подобных схемах!

— Я — собственник этого колледжа, я — руководитель. Вот пришла ко мне мама, говорит: «Пятерку хочу». Ну, что, я, пятерку что ли не поставлю? Не смешите, — сказала Наталья Фуражкина, директор НОУ «Московский социально-экономический колледж».

— Красный диплом у вас тоже можно получить?

— Боже мой, да ладно. Купим мы вам красный диплом. Вернее нарисуем.

— Чем мы можем вас отблагодарить?

— 40 — первый семестр, 40 — второй. Ну, и чтобы наши преподаватели написали за вашего ребенка дипломную работу и практики. Все это стоит 30 тысяч рублей.

Следующий пункт оплаты — это расплодившиеся околовузовские решальщики, помогающие технарям-пэтэушникам превратиться в студентов юрфаков и экономфаков.

«Для нас самое главное — быть зачисленными на бюджет на любое очное отделение. А потом, если что, сделаем академсправку и переведемся в другой институт, — рассказал Алексей Викторов. — Вузовские, как правило, за устройство на бюджет берут 200 тысяч рублей».

Если названную нам цифру помножить на число лиц, ежегодно перетекающих из колледжей в вузы в обход ЕГЭ, то выйдет сумма с десятью нулями. Что ждет таких недоучек на рынке, мы уже говорили, — фактическая безработица.

«Я хочу напомнить, что вся серия арабских революций началась с Туниса, а потом уже были Ливия, Египет. Почему? Тунисцы получали бесплатно высшее образование во Франции, в массовом порядке вернулись. И в один момент перед революцией оказалось, что в государстве 180 тысяч молодых людей, все — безработные, с высшим образованием. И они были недовольны своим социальным положением. Они не готовы были работать рядовыми рабочими. И вот эта неоправданность их социальных ожиданий привела к колоссальной напряженности в обществе. Наше государство тоже должно думать о последствиях, когда сейчас масса людей, получив образование гуманитарное, не будет востребована. Это называется „социальная напряженность“, — подчеркнул ректор РУДН Владимир Филиппов.

Текст: „Вести недели“
08:00
Нет комментариев. Ваш будет первым!